# Мир Обитателей Тьмы

Эдмонд Мур Гамильтон

Захватывающая странно-научная повесть о далёком мире и ужасных существах, властвующих над его обитателями — история героического Братства Искупителя.

## Эдмонд Гамильтон. Мир Обитателей Тьмы


© Edmond Hamilton — «World of the Dark Dwellers», 1937


### 1. Зов Кранна

Мой отец умирал. Я склонился над его кроватью, с ноющей болью в сердце и тяжёлым, удушающим комком в горле. Я чувствовал как горячие, жгучие слёзы застилают мне глаза.

На резной кровати отец продолжал угасать. Теперь это была всего лишь иссохшая оболочка человека, но в его высокой, худощавой фигуре и исхудалом, тёмном лице было что-то такое, что казалось, будто я смотрю на постаревшего себя. Потому что мы были из одной породы, породы суровой, сильной и в то же время немного странной.

— Отец? — я старалась говорить спокойно, но мой голос звучал как-то грубо. — Ты хотел мне что-то сказать?

— Да, Эрик. — Джеймс Норт, мой отец, произнёс эти слова хриплым шёпотом, с мучительным усилием. Его глаза были гипнотическими, расширенными чёрными омутами боли и отчаянной решимости. — Прежде чем я умру, я должен раскрыть тебе великую тайну нашей расы — тайну двух миров.

— Не пытайся говорить, отец, если это причиняет тебе боль, — сказал я, подавляя удушливый комок в горле.

— Мне нужно рассказать тебе! — голос моего отца стал хриплым, придушенным, заикающимся. — Эрик, слушай внимательно. Ты помнишь, с самого детства тебя учили говорить и читать на странном языке, не похожем ни на один из известных на Земле.

— Да, отец. Ты никогда не говорил мне, почему я должен учить его и всё остальное.

Даже в этот щемяще-горестный момент я почувствовал некоторое недоумение, которое так долго омрачало мой разум.

Как я ломал над ним голову все эти годы! Совершенно странный язык, которому мой отец старательно обучал меня, язык, подобного которому я с тех пор не встречал ни в прошлом, ни в настоящем среди наречий Земли. Странный, чуждый, неизвестный язык! И мой отец также настаивал на том, чтобы я научился мастерски владеть мечом, на том, чтобы я выбрал научную карьеру; никогда не объясняя причину и говоря только: «Ты узнаешь зачем всё это нужно позже, Эрик».

И вот, наконец, пришло время для объяснений. Предсмертные минуты моего отца! Только сегодня утром меня вызвали телеграммой из Нью-Йоркского университета, где я был подающим надежды молодым физиком, сюда, в старое фамильное поместье в Коннектикуте, где лежал при смерти мой отец. Мой отец, уходящий из жизни, отчаянно хотел перед смертью что-то объяснить мне.

Его умирающие глаза горели каким-то жутким огнём, как будто жизнь вспыхнула в них в последний раз перед тем, как погаснуть.

Он прошептал:

— Цепочка… цепочка у меня на шее, Эрик. Сними её.

Мои пальцы нащупали под его пижамной курткой тонкую цепочку, висевшую у него на шее. На неё была нанизана любопытная маленькая эмблема или медальон из серого блестящего металла, похожего на платину.

Эмблема состояла всего лишь из трёх переплетённых пятиугольников. Она оставалась прохладной в моих руках, и я почувствовал какое-то электрическое возбуждение, когда держал её, странное ощущение новой силы, как будто инопланетные силы устремились в меня из маленькой эмблемы.

— Надень его на шею, — выдохнул мой отец. — Носи его, пока жив, а перед смертью передай своему сыну. Таким образом, он передавался в нашем доме из поколения в поколение — это древний символ королевской власти в мире Кранн.

Его речь превратилась в дикий, задыхающийся хрип, и он судорожно сжал мою руку.

— Этот свиток… свиток, который ты найдёшь в шкатулке в моём сейфе — он расскажет тебе историю, великую тайну нашего дома и почему однажды кто-то из нашей расы должен вернуться в Кранн. Я надеялся стать таким, но мои научные познания были недостаточно велики. Возможно, после стольких поколений ты станешь тем самым человеком.

Его глаза впились в моё лицо.

— Почему-то я думаю, что ты будешь тем, кто наконец вернётся в тот, другой мир! Но если ты отправишься туда — остерегайся Обитателей Тьмы — предупреждение о них есть в свитке.

Совершенно неожиданно и тихо мой отец умер. Он просто расслабился в моих объятиях, его голос затих, а блестящие, горящие глаза потускнели, превратившись в пустой взгляд.

Слёзы выступили у меня на глазах, когда я опустил его обмякшее, измождённое тело обратно на кровать. Благодаря присущему мне жёсткому, непреклонному самоконтролю я сдержал слёзы, медленно подошёл к двери и позвал ожидавшего врача.

— Он скончался, доктор, — сказал я бесцветным голосом.

Доктор серьёзно кивнул.

— Только сила воли помогла ему продержаться так долго. Он сказал, что должен увидеть вас перед смертью. — потом он сочувственно добавил. — На вашем месте, Эрик, я бы постарался немного отдохнуть.

Я кивнул, плотно сжав губы, спустился по тёмной, гулкой лестнице старого дома и медленно вошёл в библиотеку. Когда я сел за письменный стол, сумерки за окном превратили заставленную книгами комнату в место, где царили шорохи и полумрак.

Даже моё жгучее горе не смогло победить удивление и сомнения в моём сознании. Что за странную вещь пытался рассказать мне мой умирающий отец о другом мире под названием Кранн, о великой тайне, связанной с нашей семьёй, и о странном языке, которому меня учили в детстве? Что это значило? Неужели мой отец просто бредил?

Я не мог поверить в это. Я осмотрел эмблему, весящую у меня на шее — три переплетённых пятиугольника из блестящего серого металла. Странная, непонятного вида штука! Что там говорил мой отец — этот знак, символ царствования в том, другом мире?

И тут я внезапно вспомнил другие предсмертные слова моего отца. Шкатулка в его сейфе — шкатулка, в которой хранился свиток. Какой свиток? Я никогда раньше не слышал о нём, как и об этой странной эмблеме. Но я почувствовал, что в шкатулке может быть объяснение.

Я быстро пересёк тёмную комнату и подошёл к библиотечному сейфу. Он был заперт, но я знал комбинацию и открыл его. Бегло осмотрев внутренности сейфа, я обнаружил шкатулку. Я отнёс её к письменному столу и некоторое время сидел, глядя на неё в полумраке.

Это была продолговатая коробка из чёрного металла с откидной крышкой. Шкатулка была лёгкой, легче любого металлического предмета такого размера. Мои натренированные глаза мгновенно разглядели, что чёрный металл, из которого сделана эта коробка, не был похож ни на один из известных на Земле металлов.

Я нетерпеливо откинула крышку. Моё горе, каким бы искренним и болезненным оно ни было, на какое-то время отодвинулось на задний план. Я чувствовал себя на пороге потрясающей тайны. Мои ноздри затрепетали от слабого, сбивающего с толку, чужеродного запаха, доносившегося из открытой шкатулки.

В чёрной металлической коробке была только одна вещь — свёрток из коричневого материала, похожего на пергамент. Когда я вытащил его, мои пальцы ощутили его текстуру. Это была тонкая дублёная кожа, но я никогда не встречал такой кожи — мелкозернистый пергамент необычайной прочности и долговечности. И всё же, несмотря на это, он был изношен, потёрт и покрыт грязью, как будто он прошёл через руки многих поколений.

Я развернул его. В сумерках на потёртом коричневом свитке смутно выделялись ряды крупных красных букв. Я поспешно включил настольную лампу. Мой взгляд пробежал по первым строчкам. Это были странные, неровные на вид буквы, больше похожие на древнеегипетское иератическое письмо, чем на что-либо другое, но отличающиеся от него — сильно отличающиеся от любого письма, известного людям наших дней.

И всё же я мог прочесть эти едва различимые буквы, потому что они были написаны на странном языке, которому мой отец так терпеливо учил меня в детстве; языке, которого я больше нигде в мире не встречал и над которым так часто ломал голову. Я задрожал от волнения, прочитав первые строки.

— От Норта Норуса, законного Кхала Кранна, его сыновьям и сыновьям их сыновей, а также всем поколениям, которые придут после них — привет!

Сквозь освещённую лампами библиотеку на меня, казалось, повеяло холодным дыханием чего-то чуждого и неведомого. Внезапно я, содрогнувшись от пугающей уверенности, понял, что из этих тусклых багровых букв со мной говорит голос из немыслимых глубин времени.

И всё же я принялся быстро читать дальше, моё сердце бешено колотилось от волнения, когда этот давно умерший предок вновь заговорил со мной с пергамента через огромную пропасть времени.

— Ты, читающий это, будешь ребёнком Земли, — прочитал я, — и не будешь знать ни о каком другом мире. Но знай, что я, Норт Норус, твой предок, родился не в этом мире, а в мире, который находится невообразимо далеко от Земли, на другом конце звёздной вселенной. Этот другой мир, который вращается вокруг умирающего красного солнца, называется Кранн.

Я, Норт Норус, был Кхалом Кранна, его верховным королём и правителем, как и мои предки до меня. Я правил всеми городами и народами на поверхности Кранна. В похожих на пещеры недрах нашего мира обитали страшные Обитатели Тьмы, нечеловеческие и злые существа, чья сила и коварство превосходят возможности любого человека. Но Обитатели Тьмы никогда не могли выйти на поверхность, так как солнечный или лунный свет убивает их; поэтому они не могли напасть на нас, и мой народ жил в мире и достатке.

Я был справедливым и добрым правителем, и мой народ любил меня. В своём царственной столице — городе Зинзиба я проводил свободное время, вникая в тайны природы, в поисках мудрости. В ходе этих поисков я обнаружил, что точки во Вселенной, далеко отстоящие друг от друга в трёхмерном пространстве, могут быть очень близки в других измерениях, и я увидел, что можно было бы срезать путь через эти другие измерения к мирам, расположенным далеко-далеко от Кранна в космосе. Но я больше не думал о своём открытии, потому что моим долгом было служение Кранну.

А потом началось восстание! Мой дальний родственник захотел стать Кхалом Кранна вместо меня. Он знал, что он и его несколько заговорщиков-последователей не смогут сами по себе сместить меня, любимого и почитаемого моим народом. Итак, решив узурпировать мой трон, этот заговорщик совершил проклятый и ужасный поступок. Он тайно спустился в тёмные недра Кранна, куда прежде не осмеливался ступать ни один человек, к Обитателям Тьмы. И заключил соглашение с ужасными нелюдями о том, что, если они помогут ему вытеснить меня, он даст им взамен всё, что они пожелают.

Обитатели Тьмы приняли нечестивый договор. Они наделили узурпатора странными и сверхчеловеческими способностями, а взамен попросили, чтобы, став королём, он каждый год приносил им в жертву определённое количество своих подданных-людей. Ибо Обитатели Тьмы по какой-то причине жаждали использовать человеческие мозги для своих целей. Узурпатор поклялся поставлять им жертвы, о которых они просили.

С помощью сил, которые они ему дали, узурпатор и его последователи, сметая всё на своём пути, в конце концов осадили мою столицу Зинзибу. Моя семья и немногие оставшиеся в живых последователи были окружены, и я понял, что мы должны бежать. Мы не могли сбежать ни в одно место в Кранне; поэтому я поспешно подготовил механизм, который, сокращая расстояние между измерениями, перенёс бы нас через всю вселенную в другой мир. Этот механизм, чертежи которого приведены в конце этой книги, сработал и в одно мгновение забросил нас далеко за пределы звёздной вселенной в этот дикий, чуждый мир Земли. Узурпатор не мог преследовать нас здесь, но мы были беглецами в чужом мире, на нас нападали звероподобные люди и чудовищные звери. Мы боролись за выживание, и я, Норт Норус, всегда горел решимостью однажды вернуться в Кранн, свергнуть узурпатора и остановить принесение моего народа в жертву злым Обитателям Тьмы.

Но я не смог этого сделать! Я, Норт Норус, был уже стар и должен был приложить все свои силы, чтобы уберечь своих верных последователей от гибели в этом диком мире Земли. Сейчас я умираю, но я пишу это послание, чтобы оно было передано как священный дар моему сыну и его сыновьям после него. Пусть они бережно хранят этот свиток из поколения в поколение, его и священный символ, который является царским знаком Кхала Кранна. Пусть они научат своих сыновей языку моего народа, чтобы они могли читать этот свиток. И когда-нибудь, несомненно, один из моих потомков сможет вернуться в Кранн, свергнуть преемников узурпатора и прекратить нечестивые жертвоприношения.

Ты, кто сейчас, спустя, возможно, много веков, читаешь мои слова, можешь быть тем, кто поможет мне. Если у тебя есть знания и сила, чтобы вернуться в Кранн, я торжественно поручаю тебе — иди! Не подведи свой порабощённый народ на далёком Кранне, ибо они всё ещё твой народ, а ты их законный Кхал, хотя прошли века, прежде чем ты прочитал это. Возможно, вы погибнете страшной смертью в этом походе, ибо ужасны силы Обитателей Тьмы, которые являются союзниками дома узурпатора. Но правда вооружит вас, и если вы умрёте, вы умрёте, защищая правду. И знай, что если ты решишься вернуться, то с тобой отправится дух твоего умершего предка, Норта Норуса, Кхала Кранна.

Я отложил свиток. Мой мозг был ошеломлён. Написанные бордовыми буквами слова казались мне ясным, громким голосом, звучащим в моих ушах, громким криком из давно ушедшего прошлого, торжественным посланием, которое передавалось из поколения в поколение.

Могло ли всё это быть правдой, спрашивал я себя? Другой обитаемый мир, расположенный далеко во Вселенной, откуда давным-давно предки моей семьи прибыли на Землю? Мир, населённый цивилизованными людьми, преследуемый страхом перед тёмной, могущественной, нечеловеческой расой, обитающей под поверхностью?

Странная шкатулка, свиток и эмблема на моей шее, несомненно, могли быть только из другого мира. Я снова схватил свиток и развернул его, дочитав текст до конца. Там был чертёж, о котором упоминал Норт Норус, схема механизма, достаточно понятная мне как современному физику. Способ срезать путь через измерения Вселенной, генерируя сверхвибрационную силу, которая проталкивала бы машину сквозь континуум обычного гравитационного пространства…

Я, имея перед глазами этот чертёж, мог бы построить такую машину, мог бы в одно мгновение перенестись через всю вселенную в другой мир! Предчувствие невероятного приключения разожгло моё воображение. Совершить прыжок в тот далёкий мир, странный, чуждый мир, полноправным правителем которого я был! Вернуть власть, утраченную моим давно умершим предком, и сбросить чёрное ярмо ужасного зла, которое было возложено на мой народ!

Да, это был мой народ. Ибо я, Эрик Норт, был законным Кхалом Кранна, и на моей шее висела королевская эмблема. И от этой эмблемы, казалось, исходили лёгкие потоки силы и уверенности в себе. Клянусь небом, я бы низверг узурпаторов, которые давным-давно свергли наш дом с трона! Я бы уничтожил их за то, что они осмелились принести мой народ в жертву злым силам из тёмных пространств внутри Кранна!

На мгновение холодное сомнение охладило мою бурлящую кровь. Эти тёмные, нечеловеческие существа из глубин — в конце концов, давным-давно моему предку было не по силам справиться с их помощью узурпатору. Ему самому пришлось бежать из того мира, и в свитке он предупреждал: «Ужасны силы Обитателей Тьмы». И мой отец повторил это предупреждение, когда умирал. Мог ли я надеяться победить их, когда сам Норт Норус потерпел поражение?

Я отогнал прочь это леденящее душу сомнение. В моём сознании утвердилась непоколебимая решимость. Я собирался отправиться в это грандиозное приключение, перебраться в тот мир и сражаться, чтобы разрушить чёрную тиранию моего народа.

Там меня ждала либо отвратительная, ужасная смерть, либо власть над миром.

Я заговорил вслух, тихим, напряжённым голосом, как будто обращался к кому-то, кто был со мной в тёмной комнате.

— Я ухожу, Норт Норус, — сказал я. — Один из твоих сыновей наконец возвращается на Кранн.

### 2. Братство Искупителя

Я стоял на плоской металлической крышке приземистого квадратного механизма, на создание которого у меня ушло три месяца, механизма, который должен был перенести меня через всю Вселенную в другой мир!

— Час ноль, — пробормотал я себе под нос, медленно поднимая руку к маленькой панели управления.

Площадь машины составляла пять квадратных футов, а высота — два фута. Внутри её металлического корпуса находились аккумуляторы, трансформаторы и огромные вакуумные трубки, излучаемая сила которых при включении разрывала обычное пространство и отбрасывала машину и всё, что на ней находилось, в неизведанную доселе часть гравитационного континуума. Она стоял здесь, в углу освещённой лампами библиотеки старого дома, моей импровизированной лаборатории.

Мне, даже руководствуясь схемой, потребовались все мои научные знания, чтобы построить эту штуку. И всё же меня терзали сомнения. Если машина не сработает так, как я ожидал, она может вообще выбросить меня из пространства нашей вселенной. Или, если бы её настройки окажутся не совсем правильными, она может забросить меня в другой мир, отличный от далёкого Кранна.

Это ужасное сомнение мрачной тенью нависло надо мной, пока я колебался, держа руки на выключателе. В зеркале на другом конце комнаты я мельком увидел странную фигуру — себя. Высокий, широкоплечий мужчина, одетый в рубашку и шорты цвета хаки, на поясе длинный меч, которым учил меня пользоваться отец, черноволосая голова непокрыта. На моём смуглом с орлиным профилем лице читалось сильное сомнение.

Я закусил губу и процедил сквозь зубы:

— Сейчас не время для сомнений. Это чистейшая авантюра — моя жизнь зависит от шанса добраться до Кранна.

Сердце бешено заколотилось, когда я схватился за выключатель. Я прошептал:

— В следующее мгновение — Кранн или смерть. Поехали.

Я щёлкнул выключателем. В тот же миг чудовищная сила нанесла мне оглушающий удар. Всё потемнело, и я потерял сознание.

Когда я очнулся, первое, что я понял, что лежу ничком на крышке машины. Я открыл глаза, затем заморгал от яркого солнечного света. Это был тёмно-красный солнечный свет — над моей головой простиралось неземное охряное небо, в котором горело огромное, умирающее, тлеющее тёмно-багровое солнце.

Пошатываясь, я поднялся на ноги и в ошеломлённом благоговении огляделся по сторонам. Вокруг меня возвышались странные джунгли, огромный, торжественно безмолвный лес, чьи деревья с чёрными стволами вздымались высоко в сумеречный воздух, неся на себе массу тёмно-красной листвы. Между тёмными стволами виднелись заросли ярко-алого кустарника. Моя машина стояла на небольшой природной поляне.

Почва под ней была угольно-чёрной. Чёрными были камни, торчавшие то тут, то там, и чернильно-чёрными были воды небольшого ручья, журчавшего неподалёку. Это был действительно чёрный мир, его мрачный оттенок смягчался только кроваво-красным цветом густой растительности. Тёмный, неземной, с красными вкраплениями пейзаж простирался под охряным небом.

— Кранн! — прошептал я сам себе. — Я на Кранне. Но где же города и люди — мои люди?

Моё сердце часто забилось от нечеловеческого восторга. В этом странном мире мои предки давным-давно были правителями, и я отправился сюда в безрассудном стремлении вернуть себе это давно утраченное королевское звание.

— Нужно быть предельно осторожным, — пробормотал я себе под нос. — Сначала узнать, насколько изменился этот мир, а потом уже хоть что-то предпринимать.

Затем, казалось, в меня снова влились уверенность и сила, исходящие от символа под моей рубашкой.

— Клянусь небом, я буду действовать, когда придёт время. Этот мир — мой мир по праву!

Моей первой мыслью было спрятать машину. Я слез с неё и оттащил к ближайшим зарослям густого алого кустарника, над которым возвышалось высокое дерево с гладкими чёрными ветвями без листьев. Затем, после того, как я оттащил машину в укрытие под этим деревом, произошла ужасная вещь.

Ветви-лезвия дерева протянулись вниз, как огромные щупальца, и схватили меня! Они начали втягивать меня в блестящий ствол. Я издал хриплый крик и отпрянул назад. Я как раз вовремя вырвался из ветвей-щупалец, прежде чем другие схватили меня. Ветви дерева-осьминога дико и растерянно хлестали по мне, пытаясь снова схватить.

Я вытер пот со лба и, дрожа, встал. В вызывающем тошноту ужасе я уставился на дьявольскую тварь. Теперь я увидел, что в красных джунглях есть и другие блестящие чёрные деревья без листьев, и догадался, что они наполовину животные, наполовину растения — с корнями, но способные хватать и пожирать добычу.

Внезапно в гнетущей тишине этого сумрачного пейзажа раздался пронзительный крик ужаса, изданный явно человеческим голосом.

Я резко обернулся, напряжённо вглядываясь в том направлении, откуда прозвучал вопль. Он раздался снова, на этот раз более пронзительный, отчаянный призыв о помощи.

Больше не колеблясь, я бросился сквозь густые джунгли в том направлении. Ужас и агония, звучавшие в этом зове, были слишком велики, чтобы сопротивляться им. Я продирался сквозь колючий подлесок, прорубая себе дорогу мечом и избегая чёрных дьявольских деревьев. Затем, когда я наткнулся на другую небольшую природную поляну, я на мгновение замер от ужаса.

На этой поляне росло ещё одно дерево-осьминог, и его бесчисленные гибкие ветви-щупальца держали жертву, притягивая её к центральному стволу, в котором уже зияла щель. Дерево было готово поглотить свою добычу.

И добычей была девушка! Стройная девушка, одетая в белую рубашку и шорты, очень похожие на мои, с тёмными от ужаса глазами на бледном лице, она отчаянно извивалась в объятиях дьявольского дерева. Она тщетно пыталась воспользоваться кинжалом, но её побелевшие от нечеловеческого напряжения руки и ноги были беспомощны.

Я с воплем бросился вперёд, и мой меч обрушился страшными ударами на щупальца, сжимавшие девушку. Лезвие меча разрубило половину из них, заставив истекать обрубки чёрной кровью или соком. Но остальные тут же яростно набросились на меня, пытаясь схватить. Я высвободил руку с мечом из их хватки и ударил снова, отрубив ещё несколько веток, удерживавших девушку. Ещё один быстрый удар отсёк последнее щупальце, обвившееся вокруг неё.

Прежде чем другие ветви смогли схватить нас, я оторвал девушку от дьявольской твари. Пошатываясь, я оттащил её на безопасное расстояние, а затем остановился, задыхаясь.

Не успев перевести дыхания, я попробовал заговорить с ней на языке Кранна, которому научили меня давным-давно:

— Ещё бы чуть-чуть и тварь прикончила бы нас обоих.

Девушка с ошеломляющей неожиданностью попыталась вонзить кинжал мне в сердце!

Мой инстинктивный прыжок назад спас меня. Её острый кинжал лишь пронзил спереди мою рубашку.

Я вскрикнул:

— Да что с тобой такое?

Девушка, с тёмными глазами, сверкающими на бледном, напряжённом лице, снова ударила меня, прежде чем я успел договорить.

На этот раз, будучи лучше подготовленным, я отбил руку в сторону и схватил её. Она извивалась в моих объятиях, как дикая кошка, но я удержал её.

— И это благодарность за то, что я спас тебе жизнь? — гневно воскликнул я.

Девушка вспыхнула:

— Ты спас меня только для того, чтобы вернуть в Зинзибу пленницей, стражник!

Я понимал её речь, хотя её язык немного отличался от того, который учил я. Древний язык Кранна немного изменился за долгие века, но, по-видимому, не сильно.

Одно слово в её речи привлекло моё внимание. Зинзиба! Главный город этого мира, где давным-давно мои предки правили как Кхалы Кранна!

Озадаченный, я сказал:

— Я не стражник, и у меня нет желания брать тебя в плен. Я только хотел…

Внезапно две мускулистые руки схватили меня сзади! Я мгновенно отпустил девушку и попытался повернуться с мечом к невидимому противнику, но не смог. Эти огромные руки держали меня чрезвычайно крепко.

Я слегка повернул голову. Схватившим меня был гигант, высокий воин с суровым лицом и глазами, жестокими и беспощадными, как серая сталь. На поясе у него болтался огромный меч.

Рядом с ним был ещё один мужчина. Он был старше, его волосы поседели, на худом лице появились глубокие морщины, выцветшие глаза смотрели испытующе.

Державший меня гигант, крикнул девушке:

— Используй свой кинжал против него, Лура. Быстрее, пока за ним не пришли другие стражники!

Девушка заколебалась.

— Он сказал, что он не стражник, Херк Элл.

Херк Элл, гигант, державший меня, проревел:

— Конечно он лжёт! Он один из тех проклятых отродий из Зинзибы, охотившихся на нас.

Седовласый пожилой мужчина быстро сказал:

— Возможно, этот человек говорит правду, Херк Элл. Он может быть из нашего Братства.

Я не понял, что он имел в виду, но почувствовал надвигающуюся опасность и воскликнул:

— Я не стражник — я даже не знаю, кто такие стражники. И я никогда не был в Зинзибе.

Херк Элл, всё ещё державший меня, как младенца, в своих огромных руках, хрипло рассмеялся.

— Не слушай лжеца, — проскрежетал гигант. — Вал Аз, посмотри на его подошву и узнай, принадлежит ли он к Братству.

Вал Аз, седовласый пожилой мужчина, наклонился и, к моему изумлению, снял сандалии с моих ног. Он осмотрел мои подошвы.

Затем пожилой мужчина выпрямился, и его морщинистое лицо тоже стало суровым и безжалостным. В его голосе прозвучали металлические нотки:

— На его ноге нет знака. Он не из Братства.

— Я знал, что он из стражи! — торжествующе прогудел Херк Элл. — Быстрее, воткни свой кинжал ему в сердце, Лура.

От такого ошеломительного поворота событий у меня закружилась голова. Я увидел, как девушка Лура идёт вперёд с поднятым кинжалом. Её белое, нежное лицо застыло в той же безжалостной ненависти ко мне, что и у остальных. И хотя её губы дрожали, в тёмных глазах была непреклонная решимость.

Я отчаянно сопротивлялся, пытаясь вырваться, но был беспомощен в могучих руках великана. Лура подняла кинжал, и я невольно закрыл глаза. Это был конец моего приключения в самом его начале! Дикое сожаление захлестнуло моё сердце. Я, потомок древних кхалов, наконец вернулся в Кранн только для того, чтобы умереть!

Не чувствуя колющего удара, я вновь открыл глаза. Лура всё ещё стояла с поднятым кинжалом, но, казалось, застыла, как статуя. Она смотрела на мою грудь туда, где её предыдущий удар разорвал мою рубашку. Её лицо внезапно стало мертвенно-бледным от страха и благоговейного трепета.

— Бей, девочка! — прорычал Херк Элл из-за моего плеча. — Что тебе мешает?

Лура ткнула дрожащим пальцем мне в грудь. Её застывшие губы могли произнести шёпотом лишь одно слово:

— Смотрите!

Херк Элл склонил свою огромную голову мне на плечо, чтобы посмотреть на мою грудь, и седовласый Вал Аз тоже наклонился, чтобы посмотреть. И я увидел, как на их лицах отразился тот же недоверчивый трепет, что и на лице девушки.

Они уставились на мою грудь, как люди, которые видят то, чего, как они знают, не может быть на самом деле. Руки Херк Элла безвольно упали.

Суроволикий гигант медленно пробормотал:

— Боги Кранна — знак Искупителя!

Выцветшие глаза Вал Аза смотрели на меня с почти нечеловеческим благоговением и восторгом. Он воскликнул:

— Искупитель! Наконец-то Он пришёл!

И внезапно я понял. Все трое с благоговением уставились на серый металлический символ из переплетённых пятиугольников, который висел у меня на шее и который был виден из-под разорванной рубашки: знак древних Кхалов Кранна. Видимо жители Кранна всё ещё помнили его! Внезапная уверенность в себе смахнула с меня оцепенение, охватившее меня пока я стоял под потрясёнными взглядами всех троих.

Лура прошептала мне:

— Ты — Искупитель, не так ли? Тот, о ком молились поколения, кто вернулся на Кранн из того далёкого места, куда давным-давно отправился великий Кхал Норт Норус?

Я ответил:

— Я Эрик, один из сыновей Норта Норуса. Я вернулся, чтобы занять своё законное место Кхала Кранна.

Великан Херк Элл поднял свой меч и ликующе воскликнул:

— Позволь мне первым приветствовать тебя, Кхал Эрик! И знай, что я и всё Братство последуем за тобой до самой смерти.

— Братство? — спросил я.

Лура объяснила с трепетным рвением:

— Братство Искупителя, Кхал Эрик! Ибо с той давней ночи, когда великий Норт Норус и его семья исчезли из этого мира, многие верили, что однажды один из его сыновей вернётся, чтобы уничтожить зло, которое сейчас правит здесь, и будет снова править нами в мире и справедливости. У нас, членов тайного Братства, верящих в это, на подошвах ног есть тайный знак. Мы думали, что ты, у кого на ноге нет такого знака, должен быть нашим врагом.

Я быстро спросил:

— Правят ли ещё наследники узурпаторов? Продолжаются ли жертвоприношения Обитателям Тьмы?

— Да, Кхал Эрик. — в сияющих тёмных глазах Луры застыли ужас и трепетная надежда. — В городе Зинзиба восседает Гор Ом, потомок узурпатора, он правит этим миром. И раз в месяц он сажает многих наших в машину, которая увозит человеческие жертвоприношения в тёмные глубины этого мира, к Обитателям Тьмы.

Она добавила:

— На этот раз мы трое были бы причислены к жертвам, поскольку выяснилось, что мы принадлежим к тайному Братству Искупителя, которое Гор Ом ненавидит и пытается искоренить. Но мы сбежали из Зинзибы и спрятались в этих джунглях. Стражники постоянно пытались нас схватить, летали над джунглями на своих рорах, разыскивая нас. Мы думали, что ты один из них.

Я быстро всё прикинул и затем решительно сказал им:

— Я должен отправиться в Зинзибу и там заявить о себе членам вашего Братства, тайно сплотить их, чтобы мы могли свергнуть Гор Ома с его трона.

— В джунгли, стража летит! — прошипел в этот момент Вал Аз, яростно указывая вверх.

Огромный меч Херк Элла выпрыгнул из ножен, и Лура вскрикнула, взглянув наверх.

В вышине появилось множество огромных летающих существ, они быстро пронеслись по охряному небу низко над красной крышей леса. Это были огромные серо-зелёные летающие рептилии, похожие на крылатых динозавров, с огромными головами, клыкастыми челюстями и длинными телами с огромными крыльями.

И на спине каждой летающей рептилии было седло, а в нём наездник — человек! Там, наверху, были люди, люди в чёрных доспехах, которые летели на крылатых рептилиях по небу, внимательно вглядываясь вниз, пока они взмахивали крыльями.

Мы побежали через открытую поляну к укрытию в джунглях. Но Вал Аз в отчаянии закричал:

— Слишком поздно — они нас заметили!

Зоркий взгляд одного из всадников наверху заметил, как мы бежим через поляну. Он громко крикнул своим спутникам и в то же время развернул своего летающего коня в воздухе, дёрнув поводья, которые тянулись к его голове.

Мгновенно другие летающие создания, похожие на рептилий, тоже были направлены своими всадниками вслед за первым. С диким шумом крыльев и хором торжествующих воплей, вся кошмарная компания чудовищ и их всадников ринулась с небес вслед за нами.

### 3. В Чёрном городе

Мы так и не достигли края джунглей. Прежде чем мы приблизились к ним, всадники в доспехах спикировали на поляну, спрыгнули со своих странных крылатых коней и набросились на нас. Мы успели только повернуться и поднять мечи, чтобы отразить их натиск.

Они набросились на нас со свирепыми криками, волколикая команда во главе с капитаном в шлеме. Крылатые рептилии, с которых они слезли, остались лежать, сложив крылья, на земле позади них. Херк Элл, старый Вал Аз и я спрятали девушку за спину.

— Получайте проклятые рабы Гор Ома! — завопил Херк Элл, сверкая глазами и взмахивая своим огромным мечом.

От ужасающего рубящего удара голова одного из стражников слетела с плеч. В то же время я яростно полоснул по горлу другого и увидел, как он, смертельно раненный, отшатнулся.

— Живыми — берите их живыми! — проревел капитан нападавших на нас стражников в чёрных доспехах.

Затем на несколько мгновений воцарился безумный хаос из лязга стали и пронзительных криков ярости и страха. Херк Элл уложил ещё одного стражника, но в ответ получил удар в плечо. Вал Аз упал, оглушённый ударом меча плашмя.

Яростная схватка продлилась всего несколько минут. За это время я просунул остриё меча в щель доспехов ещё одного из нападавших. Но половина стражников уже обошла нас с тыла. Я услышал крик Луры и, обернувшись, увидел, что она борется с двумя стражниками.

Я бросился ей на помощь, но в этот момент меня схватили стражники, зашедшие мне за спину. Они навалились всем своим весом, и я почувствовал, как они стягивают мне руки и ноги ремнями. Херк Элл всё ещё яростно отбивался, с громоподобным рёвом размахивая своим огромным клинком. Но через мгновение и он тоже был повержен превосходящими силами противника.

Когда он тоже оказался связанным и беспомощным, одетый в шлем капитан стражи ударил его по окровавленному, покрытому синяками лицу.

— Отбросы Братства, — прорычал офицер. — Сердце Гор Ома обрадуется, когда мы вернём вас в Зинзибу.

Стражник, стоявший надо мной, спросил своего начальника:

— А что с этим? Он не из тех, за кем нас послали, так что мы можем убить его прямо здесь.

Его меч был приставлен к моему сердцу. Символ, который я носил на шее, древняя пятиугольная эмблема, в ходе борьбы соскользнул мне на спину, так что его больше не было видно.

Капитан прохрипел:

— Нет, мы заберём его вместе с остальными. Он, несомненно, один из членов их проклятого тайного общества, который помогал им скрываться, и великий Гор Ом вознаградит его за эту доброту.

От этой жестокой шутки остальные разразились звериным хохотом. Капитан приказал:

— Мы возвращаемся в Зинзибу! Каждый из вас четверых возьмёт с собой на своего рора по одному пленнику.

Четверо стражников, на которых он указал, потащили наши беспомощные тела к ожидавшим их крылатым скакунам. Роры, как называли летающих рептилий, присели в ожидании своих хозяев, и когда мой непосредственный похититель подтащил меня к одному из них, я разглядел это гротескное существо более внимательно.

Меня перекинули через спину рора непосредственно перед седлом, а мой охранник забрался в само седло. Лёжа там, я мог видеть, что у него были стремена для ног, как у любого седла, и жёсткие кожаные поводья, которые тянулись к металлическим кольцам, вделанным в челюсти рора. Связанные тела трёх моих товарищей по заключению были точно так же перекинуты через спины; затем капитан крикнул, и существа с грохотом хлопающих крыльев поднялись в воздух.

Роры летели с огромной скоростью, круто поднимаясь в сумеречно-красный солнечный свет. Офицер в шлеме летел впереди, возглавляя отряд. На высоте тысячи футов мы летели над красными джунглями — странная кавалькада в небе.

Свинцовая тяжесть досады сковала моё сердце. Моя недолгая мечта о том, чтобы собрать Братство Искупителя под свои знамёна и свергнуть Гор Ома с его трона в Зинзибе, казалось, разбилась вдребезги. Да, я направлялся в Зинзибу, но как бесславный пленник, обречённый на страшную долю, а не как Кхал Кранна, претендующий на свой законный трон.

И всё же я не отчаивался. Неуловимая уверенность, которая, казалось, исходила от символа под моей рубашкой, всё ещё укрепляла меня. И хотя впереди маячила страшная судьба, я, когда мы, наконец, увидели башни Зинзибы, всё ещё был твёрд в своей решимости освободить свой народ.

Это было похоже на город чёрной феи, возвышающийся среди красной растительности этого мрачного чёрного мира! Потому что город был сделан из чёрного металла и представлял собой тесно сгруппированную массу тонких эбеновых шпилей, которые соперничая друг с другом, поднимались в сумеречных лучах заката. Тёмная высокая стена отделяла его от окружающего леса, и я понял, что город имеет форму идеального пятиугольника.

Мы подлетели ближе, и я смог разглядеть множество роров с всадниками, носящимися взад и вперёд над чёрными шпилями. Когда солнце село, в городе зажглись огни. Теперь я увидел, что в математическом центре пятиугольной метрополии находится сужающаяся кверху чёрная башня, которая также была пятиугольной в поперечном сечении и поднималась выше, чем любая из других башен.

Наши роры, расправив крылья, скользнули вниз среди огромных шпилей. Внизу, на прикрытых сумраком улицах, я заметил толпы мужчин и женщин в белых одеждах. Наши крылатые скакуны устремились к основанию самой высокой центральной башни, и в окружённом стеной дворе за этой башней я на мгновение увидел огромное круглое отверстие в чёрной мостовой, тёмный колодец, который казался входом в неосвещённые пространства внизу.

Роры пронеслись над этим зловещим отверстием и приземлились в другом огороженном дворе, прямо у стены огромной пятиугольной башни. Здесь отдыхали другие роры, и к нам подбежали слуги в чёрных доспехах.

Один из них обратился к капитану наших похитителей:

— Значит, вы поймали беглецов? Кхал Гор Ом будет очень доволен.

Капитан в шлеме заявил:

— Теперь я отведу их к Кхалу на суд. Развяжите им путы.

Нас стащили с роров и развязали путы. Херк Элл зловеще вытянул свои огромные руки, и десятки стражников вокруг нас угрожающе подняли мечи.

— Марш! — прорычал капитан в шлеме, указывая на нас. — Малейшее неповиновение, и вы умрёте прямо здесь.

— Лучше умереть так, чем дожидаться чёрной машины Обитателей Тьмы, — пробормотал Херк Элл, напрягая свои могучие мускулы для борьбы.

Я быстро прошептал ему:

— Нет, не сопротивляйся! Пока мы живы, у нас есть шанс, потому что я кое-что придумал, если они, как говорят, отведут нас прямо к Гор Ому.

— Теперь у нас нет другого выхода, — пробормотал великан, и я увидел такое же отчаяние, отразившееся на лицах Луры и старого Вал Аза.

Тем не менее, Херк Элл воздержался от нападения на стражников. В окружении настороженно поднятых мечей, под предводительством капитана, нас повели в огромную пятиугольную башню.

Мы прошли через залы и коридоры из эбеново-чёрного металла, мягко освещённые рассеянным светом, и моё сердце забилось от странного волнения. Это был дворец Кхалов, где когда-то правили мои предки.

Стражники остановили нас у огромной двустворчатой двери, пока наш капитан излагал своё дело охране. Вскоре один из стражников вернулся и сказал:

— Сейчас вы предстанете перед Кхалом Гор Омом и он определит вашу участь.

Огромные двери широко распахнулись. Перед нами открылся обширный пятиугольный зал в центре башни. Его мрачные чёрные стены, мягко освещённые льющимся откуда-то светом, поднимались высоко над головой. Из невидимого источника доносилась приглушённая пульсирующая музыка.

За роскошными столами сидело не менее двухсот мужчин и женщин, знатных людей Кранна. Все они были темноволосыми и белокожими, одетыми в короткие белые одежды, мужчины носили мечи. Когда нас повели к стоявшему на возвышении столу, где сидел сам Кхал, их весёлая болтовня стихла, и они уставились на нас.

Гор Ом — Кхал, узурпировавший власть, чьи предки давным-давно свергли моих собственных предков! Когда мы остановились напротив него, моё сердце затрепетало от древней ненависти к этим тиранам, которые веками держали мой народ в отвратительном рабстве у тёмных созданий зла этого мира. Привлечённый моими горящими глазами, взгляд Гора остановился на моём лице.

Гор Ом выглядел до крайности отвратительно: обрюзгший, тучный мужчина лет сорока, чьё огромное, дряблое тело нависало над троном, на котором он восседал, а украшенные кольцами пухлые руки покоились на подлокотниках, словно придавленные собственным весом. Его густые чёрные волосы были намаслены и завиты, а толстые складки жира на лице почти скрывали проницательные маленькие чёрные глазки. Да, в этих глазах была проницательность, а в этом мерзком, отвратительном теле — сила.

Он перевёл взгляд на приведшего нас капитана и сказал низким, хрипловатым голосом:

— Вы правильно сделали, что вернули Херк Элла, Вал Аза и девушку, которые долгое время строили козни против меня со своим проклятым Братством. Но кто это с ними?

Он ткнул в мою сторону пальцем. Капитан объяснил:

— Мы нашли его с беглецами, он сражался на их стороне. Несомненно, он тоже принадлежит к Братству.

— Тогда он разделит их судьбу, — заявил Гор Ом. — На рассвете чёрная машина могущественных Обитателей Тьмы поднимется из священной яму для исполнения жертвоприношения этого месяца. Эти четверо будут принесены в жертву и спустятся вниз, чтобы встретиться с могущественными.

Мне показалось, что при упоминании страшных Обитателей Тьмы по веселящейся толпе вельмож пробежала холодная дрожь. Но Гор Ом продолжил говорить, а на его грубом лице читалось ироническое веселье.

— Несомненно, — насмешливо сказал он нам, — такой быстрый конец лучше для вас, членов Братства Искупителя, как вы себя называете, чем долгое ожидание Искупителя, который, увы, никогда не придёт.

Услышав эту шутку, мужчины и женщины, сидевшие за столиками, разразились взрывом смеха. Я увидел, что Херк Элл скрежещет зубами, а Лура смотрит на меня, со странным умоляющем выражением на её бледном лице.

Моё сердце залила кипящая волна гнева. И всё же, когда я заговорил, мой голос зазвучал мягко.

Я сказал:

— Ты ошибаешься, Гор Ом. Братство не напрасно ждало все эти века.

Маленькие глазки узурпатора блеснули.

— Ты всё ещё веришь, что твой легендарный Повелитель придёт?

Я намеренно произнёс:

— Искупитель уже пришёл.

Клянусь небом, в этом огромном зале повисла напряжённая тишина! Все присутствующие внезапно напряглись, подались вперёд и изумлённо уставились на меня. А я не сводил горящего взгляда с Гор Ома.

Складки жира на его обрюзгшем лице сложились в улыбку. Он спросил:

— Где же тогда этот Искупитель? Почему он не показывается в Зинзибе?

— Он здесь! — воскликнул я и вытащил пятиугольный символ из-за пазухи на всеобщее обозрение.

По залу пронёсся глубокий вздох. Все мужчины и женщины, находившиеся в зале, казалось, окаменели, когда их взоры обратились к древнему священному символу. На их лицах отразилось крайнее благоговейное изумление.

Гор Ом привстал со своего места, выпучив маленькие глазки. В это мгновение, прежде чем он смог совладать со своими эмоциями, я увидел страх на его обрюзгшем лице.

Я воскликнул:

— Гор Ом, твоё правление подходит к концу! Да, и правление всего твоего дома, который веками тиранил этот мир и отдавал свой народ тёмным, злым силам. Я сын Норта Норуса, великого Кхала, который давным-давно покинул этот мир. Я вернулся, чтобы вернуть его трон и уничтожить злобную тиранию.

И прежде чем кто-либо успел остановить меня, я повернулся к оцепеневшим людям, сидящим за столами, и закричал:

— Знать Кранна, вы видите этот символ и знаете, что я говорю правду. Восстаньте и следуйте за мной, и мы убьём этого отвратительного деспота и навсегда прекратим ужасные жертвоприношения!

Кое-кто из знати вскочил на ноги, и на мгновение у меня мелькнула безумная надежда, что они вот-вот присоединятся ко мне. Но Гор Ом уже пришёл в себя, и его хриплый голос проревел:

— Стража! Схватить этого самозванца!

Стражники в чёрных доспехах, стоявшие позади меня, мгновенно схватили меня и моих товарищей. В зал вбежали ещё стражники. Вельможи стояли прямо, напряжённо глядя на меня.

Гор Ом спокойно сказал им:

— Это всего лишь лживый раб, который пришёл сюда со своей историей о том, что он потомок Норта Норуса. Норт Норус исчез и умер много веков назад, как всем известно. Этот парень изготовил поддельный символ, похожий на древний, утраченный, и пытается разыгрывать из себя Спасителя.

— Ты сам лжёшь! — закричал, пытаясь высвободиться, Херк Элл, его морщинистое лицо побагровело. — Кхал Эрик говорит правду, и этот символ — истинный. Ибо всем вам хорошо известно, что во всём этом мире единственный серый металл, подобный этому, пошёл на изготовление символа, который носили древние Кхалы.

Гор Ом приказал:

— Отведите их в подземелье. Когда на рассвете прибудет машина жертвоприношений, они сядут в неё вместе с другими избранными. Обитатели Тьмы будут знать, как поступить с этим самозванцем. И пусть продолжится праздник!

Нас быстро выволокли из большого зала. Потом протащили по залам и коридорам, а затем вниз по лестнице на тускло освещённый нижний уровень. Вдоль коридора были камеры с тяжёлыми решётчатыми дверями, и в одну из них втолкнули нас, с лязгом закрыв снаружи засов.

Камера была маленькой и совершенно тёмной. Единственным отверстием в ней было крошечное окошко размером в квадратный фут, расположенное высоко в металлической стене на уровне земли снаружи. Через это отверстие мы могли заглянуть в окружённый стеной внутренний двор чёрной ямы.

Херк Элл опустил свою массивную фигуру на землю и тяжело произнёс:

— Это была хорошая попытка расшевелить дворян, Кхал Эрик. Но те, кто и хотел последовать за тобой, слишком испугались стражей Гора Ома.

Вал Аз воскликнул:

— Узурпатор боится тебя, Кхал Эрик! Он точно знает, что ты — Искупитель.

Я заметался по камере, как пойманный дикий зверь.

— Мы должны как-то выбраться отсюда!

— Это невозможно, — безнадёжно произнёс старик. — Ещё никому не удавалось сбежать из этих темниц, запертых и охраняемых снаружи. И у нас есть всего несколько часов до того, как мы отправимся в машину жертвоприношений.

Из тёмного угла, где она сидела, донёсся негромкий голос Луры. Она прошептала:

— Я боюсь… боюсь спускаться к Обитателям Тьмы.

Я сел рядом с ней и обнял её за худенькие плечи. Она прильнула ко мне, уже не та свирепая воительница, которую я встретил в джунглях, а просто потрясённая, испуганная девушка, в ужасе предчувствующая отвратительную, таинственную судьбу, которая вскоре должна была постигнуть всех нас.

Я с горечью проклинал свою беспомощность. До меня вдруг дошло, как сильно она и её спутники поверили в меня, в Спасителя, о пришествии которого веками молился охваченный ужасом народ. Они всю жизнь мечтали о том, что однажды, каким-то образом, я приду и избавлю их от мрачного рабства у ужасных созданий подземного мира. И вот, наконец, я пришёл и подвёл их, разрушил их вековую мечту, был обречён так же, как и они.

### 4. Машина жертвоприношений

В течение нескольких часов я сидел, окутанный чёрным мраком, в темноте маленькой камеры, и Лура испуганно прижималась ко мне. Всё это время не было слышно ни звука, кроме периодически доносящихся до нас шагов двух охранников, нёсших вахту во внешнем коридоре.

Херк Элл зашевелился, подошёл к окну и выглянул наружу. Близился рассвет, окрашивавший звёздное небо тускло-розовыми полосами, на фоне которых чёрными силуэтами вырисовывались шпили Зинзибы.

— Машина жертвоприношений приближается, — внезапно сказал Херк Элл.

Мы поспешили к нему и заглянули через маленькое окошко в окружённый стеной внутренний двор шахты. Что-то поднималось из тёмного, бездонного колодца в центре двора.

Это был странный чёрный летательный аппарат, большой диск с низкой стенкой по краям. На нём никого не было, не было ни звука, ни каких-либо признаков движущей силы, но он поднялся из глубин ямы, как тёмный корабль-призрак, и остановился на одном уровне с её краем.

— Да, машина жертвоприношений, — сказал Вал Аз с ужасом в голосе. — Скоро мы будем на ней вместе с другими обречёнными спускаться в бездну навстречу ужасной гибели.

По стройной фигурка Луры, стоящей рядом со мной, пробежала волна дрожи. Я крепко обнял её, и моё сердце переполнилось бесполезной яростью.

Внезапно мы все замерли, прислушиваясь, из коридора за дверью нашей камеры до нас донёсся тихий голос, прошептавший украдкой:

— Кхал Эрик! Кхал Эрик!

Я бросился к запертой двери. Так же тихо я спросил:

— Кто там?

Голос с другой стороны двери всё так же шёпотом быстро спросил:

— Ты тот, кто называет себя Кхал Эрик? Искупитель?

В ответ на мой утвердительный ответ тот, кто был снаружи, быстро отодвинул засов и открыл дверь. В тускло освещённом коридоре мы увидели полдюжины мужчин с обнажёнными мечами в руках и возбуждением на лицах.

Вал Аз воскликнул, обращаясь ко мне:

— Я знаю этих людей! Они из нашего Братства!

— Да, — сказал их предводитель. — Мы служим в охране этого дворца, но являемся тайными членами Братства, и мы решили освободить вас. Мы убили двух часовых, бывших в коридоре.

Я воскликнул:

— Как вы узнали, что мы здесь?

Мужчина ответил:

— Вся Зинзиба гудит от новостей о том, что Искупитель вернулся и что Гор Ом заключил его в темницу, чтобы отправить в качестве жертвы к Обитателям тьмы. Скажи мне, повелитель, ты действительно Искупитель?

Вместо ответа я поднял символ, висевший у меня на шее. Мужчины опустились на колени, в их сияющих глазах застыл благоговейный трепет.

Они воскликнули:

— Ты — это он! Мы пойдём за тобой на смерть, Кхал Эрик! И все члены Братства, а также многие другие в Зинзибе готовы в этот момент восстать вместе с нами и свергнуть Гор Ома.

— Тогда мы должны действовать быстро, — воскликнул я, и кровь моя забурлила от волнения. — Где ваши войска? Сколько их?

Он сказал мне:

— По меньшей мере десять тысяч членов Братства тайно собрались у дворца, Кхал. Но они не могут попасть внутрь, потому что большие дворцовые двери всё ещё заперты, и у каждой двери стоит по дюжине стражников. Мы должны одолеть этих стражников и открыть двери, чтобы впустить нападавших. Тогда из-за их нападения вся Зинзиба поднимется на ноги, да, впрочем, и все остальные города Кранна, когда узнают о нём.

Говоря это, он раздал нам мечи, которые они принесли для нас. Я схватил свой и крикнул:

— Тогда вперёд, к дверям! Мы убьём стражников внутри и откроем их тем, кто снаружи!

— Теперь мы сведём счёты с тираном раз и навсегда! — радостно воскликнул Херк Элл, размахивая мечом.

Я быстро проговорил, обращаясь к девушке:

— Лура, ты останешься здесь. Я не хочу, чтобы ты подвергалась опасности в этой битве.

Её глаза вспыхнули.

— Куда бы ты ни пошёл, я последую за тобой, Кхал Эрик!

На протесты не было времени — нужно было действовать.

Мы выскочили в тускло освещённый коридор и побежали по нему, спотыкаясь о тела охранников, убитых нашими спасителями. Затем мы поспешили вверх по винтовой лестнице, которая вела на первый этаж огромного здания.

Попав в большой зал, освещённый пламенеющими лучами рассвета, мы устремились за нашими проводниками к двери, за которой коридор вёл к большим наружным дверям дворца. Как только мы попали в этот коридор, с противоположной стороны большого зала, который мы только что пересекли, появился сам Гор Ом в сопровождении двух десятков стражников.

Когда они вошли в зал, Гор Ом приказал:

— Немедленно выведите пленников из подземелья, чтобы мы могли погрузить их в машину для жертвоприношений. Поторопитесь, могущественные Обитатели Тьмы внизу не терпят промедления.

Затем он заметил нас и закричал:

— Они убегают! За ними!

Его люди, обнажив мечи, бросились за нами.

Я крикнул Херк Эллу и остальным:

— Доберитесь до больших дверей и откройте их для тех, кто ожидает нас снаружи! Мы с Вал Азом не дадим этим стражникам последовать за вами.

Великан вскричал:

— Но, Кхал Эрик, их слишком много.

— Уходите! — яростно крикнул я ему. — Если вам не удастся впустить людей с улицы, наш шанс будет упущен!

Херк Элл повиновался, и он вместе с полудюжиной наших спасителей помчался по коридору, направляясь к огромным дворцовым дверям, которые нельзя было открыть, пока не будет перебита охрана, находившаяся внутри. Я отодвинул Луру себе за спину, и мы с Вал Азом подняли мечи, чтобы отразить натиск стражников Гора Ома.

Сам жирный узурпатор не участвовал в атаке, а держался в тени, подгоняя их. Все двадцать человек бросились на нас, но в узком коридоре, который мы защищали, они не могли напасть на нас всем скопом.

Только это и спасло нас во время первой атаки. Мы с Вал Азом одновременно ударили по нападавшим, и двое из них рухнули от наших сокрушительных ударов. Я молниеносно ранил ещё одного в шею, а остальные отпрянули, устрашённые нашей яростной защитой.

— Хватайте их, трусы! — крикнул Гор Ом своим людям, его лопающееся от жира лицо побагровело от ярости.

— Подойди и попробуй сам, лже-Кхал! — бросил я ему вызов.

Но стражники снова кинулись на нас, подгоняемые яростными приказами своего хозяина. Снова мечи столкнулись с мечами, и на этот раз Вал Аз упал, пронзённый вражеским клинком в бедро.

Кто-то замахнулся мечом, чтобы прикончить его, но я отбил удар и отсёк голову нападавшего от шеи. Другой прыгнул так, что я не смог защититься, и занёс короткий меч, чтобы ударить меня, но Лура выхватила оружие Валь Аза и вонзила его в горло мужчины.

Но теперь я сражался один, всё ещё стараясь удерживать девушку за спиной, и мой меч звенел о мечи, что пытались достать меня. Затем я споткнулся на скользком, мокром от крови полу и, прежде чем смог восстановить равновесие, крутанувшееся в воздухе лезвие задело мой череп, и я упал.

Когда я падал, второй меч пронзил мне плечо. Моё тело онемело, сознание померкло, я увидел, как стражники схватили сражавшуюся как дикая кошка Луру.

Гор Ом пробился вперёд и теперь кричал своим запыхавшимся людям:

— Идите за остальными, убежавшими по этому коридору!

Но в этот момент по этому самому длинному коридору пронёсся дикий крик, и из него, шатаясь, весь залитый кровью, вывалился, крича, стражник:

— Дворец атакован! Двери открыты, и тысячи членов Братства попали внутрь!

Я смутно увидел, как лицо Гора Ома исказилось от ярости. Он хрипло прокричал:

— Поднимите тревогу и созовите стражу со всего города!

Раненый закричал:

— Кхал, уже слишком поздно — вся Зинзиба восстала, и повсюду стража отступает перед мятежниками или присоединяется к ним. Они кричат, что пришёл Искупитель, и через несколько мгновений их орды достигнут этого места. Ваша единственное спасение — в бегстве!

Глаза Гора Ома загорелись нечестивым, яростным огнём. Он воскликнул, обращаясь к своим людям:

— Тогда быстро к машине жертвоприношений! Мы спустимся к Обитателям Тьмы, которые дадут мне силы чтобы по возвращении и сокрушить этих проклятых мятежников.

— Возьмите этих двоих с собой в качестве пищи для могущественных — быстрее! — крикнул он.

Я смутно чувствовал, как они тащат меня и сопротивляющуюся Луру через зал, жирная фигура Гора неслась вперёд с невероятной скоростью. Я попытался сопротивляться, но, ошеломлённый и слабый от потери крови, не мог сделать ни единого усилия.

Я смутно слышал ревущий голос огромной толпы, приближающейся со стороны пятиугольного дворца, и даже мог различить в нём громкий голос Херк Элла, который торопил их. Затем люди Гора вытащили нас через дверь во внутренний, окружённый стеной, двор ямы.

Там зиял зловещий тёмный колодец, чёрный в красноватом свете зари, а в нём, вровень с тротуаром, плавала низкая плоская машина жертвоприношений. Двое людей Гора поспешно затолкали сопротивляющуюся Луру и меня, ошеломлённого и лишившегося чувств, на машину. Пузатый узурпатор тоже вскочил на неё, но остальные его люди держались позади.

Они в ужасе закричали:

— Кхал, мы не смеем спуститься в тёмный подземный мир — мы боимся Обитателей Тьмы.

Гор Ом воскликнул:

— Обитатели — мои друзья и союзники, они не причинят вам вреда. Они дадут мне оружие, с которым я вернусь сюда и подавлю это восстание. Но если вы останетесь здесь, вас убьют.

Они закатили глаза от ужаса, а один воскликнул:

— Лучше умереть здесь, чем спуститься в тёмные обители могущественных существ!

В этот момент из башни во двор выскочил Херк Элл и разъярённая толпа людей с размахивающими мечами. Великан увидел нас на машине, закричал и бросился вперёд.

Слишком поздно! В этот момент, без какого-либо сигнала или предупреждения, без каких-либо видимых признаков управления или движущей силы, чёрная платформа начала плавно опускаться в тёмную яму. Всё ниже и ниже она погружалась в непроглядную тьму.

Затем моему ошеломлённому мозгу показалось, что в темноте она повернула и помчалась наискось, почти горизонтально. Сквозь эту непроглядную тьму машина двигалась под поверхностью Кранна, влекомая и ведомая таинственными существами этих пещерных глубин, неся нас так же бесшумно и удивительно, как какой-нибудь корабль мёртвых.

### 5. Обитатели Тьмы

Постепенно в голове у меня начало проясняться.

Я обнаружил, что Лура, скорчившаяся рядом со мной на полу платформы, сумела остановить кровотечение из моих ран. Я всё ещё чувствовал ужасную слабость от потери крови, но всё же смог с усилием сесть.

Я обнаружил, что теперь мы можем немного видеть. Эти чёрные глубины не были полностью лишены света, хотя при первом погружении в них с солнечного света они казались таковыми. В них было слабое, колеблющееся свечение, сверхъестественный, слабый свет, источником которого был слабо радиоактивный газ, наполнявший воздух. Когда мои глаза привыкли к нему, я смог различать предметы вокруг себя.

Два стражника стояли над нами с мечами в руках, готовые заколоть нас при малейшем признаке сопротивления. Сам Гор Ом сгорбился у низкого поручня машины, напряжённо глядя вперёд. На обрюзгшем лице узурпатора читалось опасение, как будто он был не слишком уверен в себе, отваживаясь проникнуть в эти страшные глубины, хотя существа, населявшие их, были его союзниками.

Платформа плавно и бесшумно двигалась вперёд по гигантскому естественному туннелю, проложенному под землёй. Высоко над головой возвышалась зазубренная крыша из скальных пластов, огромные сталактиты, словно пальцы великанов, указывали вниз на нашу проплывающую мимо них машину. Ужасающая тишина наполняла это гиблое место, пока платформа плавно и размеренно двигалась по нему.

Лура почти рыдала, обращаясь ко мне.

— Кхал Эрик, я боялась, что тебя убили!

Гор Ом услышал это и обернулся, на его обрюзгшем лице появилась жуткая улыбка.

— Вы оба вскоре пожалеете, что не погибли раньше, когда столкнётесь лицом к лицу с Обитателями Тьмы.

Ярость снова исказила его жирное лицо, и он прорычал:

— Так же и те, кто восстал против меня, пожелают своей смерти, когда я вернусь с оружием, предоставленным могущественными, и снова заставлю их подчиниться.

Лура прошептала:

— Он сделает это, Кхал Эрик! Он получит тёмную силу от Обитателей и вернётся наверх.

— Нет, если я смогу помешать этому, — в отчаянии сказал я.

Я смерил взглядом нависшие надо мной мечи, оценивая свои шансы одолеть этих людей в моём нынешнем ослабленном состоянии.

Один из стражников обернулся и испуганно спросил Гор Ома:

— Как выглядят могущественные, Кхал?

Гор Ом, на лице которого на мгновение снова промелькнуло опасение, сказал:

— Я не знаю, ибо ни я, ни кто-либо другой не спускался к ним и не возвращался, за исключением моего давно умершего предка, который много веков назад заключил с ними великий договор. Но не бойся — они узнают меня, они ведь знают, что я их верный союзник.

Машина продолжала плавно двигаться вперёд по этому жуткому, тускло освещённому туннелю. Я напряг все свои мышцы для отчаянного рывка вперёд. Я знал, что нас с Лурой ничто не спасёт — мы не могли остановить машину или повернуть её назад — но я твёрдо решил, что Гор Ом никогда не вернётся, чтобы вновь навязать свою тиранию моему народу.

В следующее мгновение я почти предпринял отчаянную атаку. Но тут платформа внезапно вылетела из туннеля в гигантскую пещеру. От неожиданности я оцепенел.

Далеко-далеко над головой возвышалась сводчатая каменная крыша этого колоссального зала. Его тёмные глубины терялись впереди из виду. А на металлическом полу громоздились конструкции и машины, странные предметы, назначение которых невозможно было определить, громоздкие, гротескные металлические механизмы. И, пока мы двигались среди них, я заметил каких-то живых существ.

Платформа плавно спускалась вниз сквозь слабое сияние над загадочными механизмами, чьё тихое жужжание и щёлканье доносилось до наших ушей. Дискообразный аппарат остановился в идеально круглом пространстве на металлическом полу. Повсюду вокруг нас в слабом свете возвышались гигантские приспособления. И на чистый пол навстречу нам вышли…

— Обитатели Тьмы! — хрипло воскликнул Гор Ом, его маленькие глазки в ужасе выпучились, когда он увидел приближающихся существ.

— Боги Кранна, спасите нас от них! — всхлипнул один из двух охваченных ужасом стражников.

Я почувствовал, как Лура в страхе прижалась ко мне, почувствовал, как у меня самого кровь застыла в жилах, когда я увидел, как эти ужасные твари движутся сквозь слабое свечение.

Обитатели Тьмы были червеобразными существами. Они были похожи на огромных белых червей, десяти футов в длину и двух в диаметре, они плавно извивались вокруг нас в лесу могучих механизмов.

Но — и это было самым ужасным в них — они в то же время были человекоподобны. Не их отвратительные червеобразные тела, нет, а их лица. А лица у них были в виде вздёрнутых вверх тупых голов с двумя нечеловечески огромными светящимися глазами, щелевидными ртами и крошечными ушными отверстиями. Из-под тупой головы выступало нечто похожее на крошечные рудиментарные руки.

Гор Ом, так же, как и мы, охваченный ужасом, сошёл с диска, чтобы встретить приближающихся Обитателей. В тот момент я почти восхищался мужеством, которое проявил жирный узурпатор.

Дрожащим голосом он обратился к ужасным, внимательно разглядывающим его существам:

— Могущественные, вы, всеведущие, должны знать, кто я такой, Кхал Кранна, каждый месяц приносящий вам жертвы, как давным-давно клялись делать это мои предки.

Одно из толпы ужасных червеобразных существ — то, чья голова возвышалась над всеми остальными, и которое казалось их лидером или глашатаем, ответило шипящим голосом, исходящим из его странного похожего на щель рта.

— Мы знаем тебя, — сказало существо. — Но почему ты не послал жертв, как обычно, на этот раз? Вся наша раса собралась здесь, ожидая их, как мы собираемся каждый месяц — ведь, хотя мы и могущественны, нас насчитываются всего сотни. Где привычные нам жертвы и почему вы сами спустились вниз?

Гор Ом быстро объяснил:

— Жители моих городов восстали против меня. Я бежал сюда, к вам, могущественные, чтобы вы дали мне силы вернуться и подавить восстание. Тогда я снова буду править наверху и снова буду посылать вам жертвы каждый месяц. Скажите, вы дадите мне их?

Наступило молчание, в течение которого тучный узурпатор принялся дрожать от беспокойства. Затем заговорил предводитель Обитателей.

— Мы дадим тебе силу, о которой ты просишь, — прошипел он, — силу, которая позволит тебе легко вернуть свой народ. Ибо мы не хотим, чтобы жертвоприношения прекращались. Знай, что мы используем мозг ниспосланных нам человеческих жертв, хирургическим путём добавляя их кортексное вещество к нашему собственному мозгу и таким образом постоянно увеличивая возможности и силу нашего разума.

Лидер Обитателей продолжил:

— Мы можем это сделать, потому что наш мозг устроен так же, как у людей, по той причине, что давным-давно мы тоже были людьми. Да, мы были человеческой расой, живущей на поверхности Кранна, как и другие люди, но из-за войны мы отступили в эти тёмные глубины, и здесь наши тела изменились, а разум развился. Теперь мы больше не можем выходить на поверхность, потому что солнечный и даже лунный свет мгновенно убивают нас, настолько наша раса привыкла к темноте за прошедшие века. Поэтому жертвы, мозговое вещество которых мы жаждем, должны быть ниспосланы нам свыше, и по этой причине мы даруем тебе силы, о которых ты просишь.

Опухшее лицо Гора Ома озарилось торжеством, и он повернулся туда, где под грозными мечами стражи на диске стояли мы с Лурой.

Он сказал отвратительному предводителю червеобразных тварей:

— Даже на этот раз я не обошёлся без жертв, могущественные. Этих двоих я привёз для вас.

— Это хорошо, — прошипел холодный голос Обитателя. — Сейчас мы извлечём их мозг для нашего дальнейшего использования, а затем приготовим для тебя мощное оружие, о котором ты просишь.

Лура издала слабый крик ужаса, когда группа ужасных существ, извиваясь, двинулась к машине. Я увидел, как Гор Ом ухмыляется в злобном торжестве, и уже собирался попытаться вырвать меч у одного из двух стражников и сражаться до конца, когда безумный, ужасный план внезапно пришёл мне в голову.

Я крикнул лидеру Обитателей Тьмы:

— Подождите! Могущественные, я могу открыть вам огромную тайну, если вы пощадите и меня, и эту девушку!

И когда надвигающийся ужас остановился, я быстро продолжил:

— Секрет, который я могу вам открыть, позволит вам в одно мгновение перенестись из этих тёмных пещер в другие миры. Во Вселенной, должно быть, много тёмных планет, населённых живыми существами, и тогда вы сможете посетить и завоевать все эти тёмные миры! Именно благодаря этой тайне я сам прибыл на Кранн из невообразимо далёкого мира.

Лура в ужасе закричала мне:

— Кхал Эрик, не делай этого — не выпускай этих существ в другие миры только для того, чтобы спасти нас самих!

Гор Ом сердито прорычал:

— Этот раб лжёт — он не приходил ни из какого другого мира.

Предводитель Обитателей Тьмы посмотрел на меня своими огромными горящими глазами и спокойно прошипел:

— Этот человек говорит правду — он пришёл из другого мира, потому что я замечаю много больших различий между его телом и телом людей этой планеты.

— Да, я говорю правду, — быстро сказал я, — и я могу показать вам, как построить механизм, который мгновенно перенесёт вас в миры, расположенные на другом конце Вселенной.

— Кхал Эрик, не делай этого! — вновь сокрушённо воскликнула Лура.

Огромные глаза лидера червей, казалось, задумчиво смотрели на меня. Наконец существо сказало:

— Было бы хорошо, если бы у нас была такая сила. Мы получим в своё распоряжение все тёмные миры Вселенной. Сейчас ты покажешь нам, как построить этот механизм.

— Только если ты пообещаешь отпустить эту девушку и меня на свободу! — напомнил я ему.

Обитатель Тьмы прошипел:

— Ты покажешь нам, как построить механизм. После того, как ты покажешь нам, к тебе и к второй жертве отнесутся так, как мы относимся ко всем людям, ниспосланным нам.

— Нет! — закричал я. — В таком случае, я ничего вам не покажу.

Одно из существ тут же протиснулось вперёд с небольшим, похожим на коробку, аппаратом. Он просто поднёс его ко мне. И жгучая, мучительная боль, каким-то образом вызванная электрическим воздействием аппарата, пронзила каждый нерв в моём теле.

Я выдохнул:

— Остановитесь, прекратите это! Я покажу вам всё!

Боль прекратилась, и аппарат убрали.

Гор Ом усмехнулся:

— Ты решил поторговаться с могущественными, раб, и теперь видишь результаты своей сделки.

Я сошёл с платформы и оказался в гуще орды червеобразных существ. Там, слабый и всё ещё задыхающийся от ужасных пыток, я рассказал лидеру Обитателей Тьмы о различных механизмах, которые понадобятся для создания машины, пересекающей измерения. Обитатели бросились врассыпную, чтобы принести необходимые детали, и я начал инструктировать их по сборке.

Странное, невероятное зрелище! Огромная, тускло освещённая пещера, пространство которой простиралось вдаль дальше, чем можно было увидеть, а каменный свод поднимался высоко над головой. Величественные, загадочные механизмы, возвышающиеся вокруг нас, и отвратительные белые червеобразные существа, занятые под моим руководством сборкой деталей уникального аппарата. Предводитель Обитателей наблюдал за мной своими нечеловеческими глазами, в то время как жирная фигура Гор Ома нетерпеливо ждала, а Лура, отпрянув, в ужасе смотрела на мою работу.

Обитатели собирали машину идентичную той, которую использовал я, чтобы добраться с Земли на Кранн, за исключением того, что она была во много раз больше. Огромный, плоский, квадратный механизм почти полностью занимал круглое пространство и был способен генерировать силу, способную вытолкнуть практически любое количество материи за пределы измерений обычной Вселенной. Безумная надежда в моём сердце крепла по мере того, как машина приближалась к завершению.

Я спросил лидера местных жителей:

— Какой толщины скальный свод над этой пещерой?

Его горящие глаза встретились с моими, и на мгновение мне показалось, что он что-то заподозрил.

— Почему ты спрашиваешь? — прошипел он.

— Мне необходимо знать, чтобы я мог учесть его гравитационное воздействие, — солгал я.

Он сказал:

— Его толщина составляет тысячу футов, поскольку эти тёмные пространства находятся глубоко под поверхностью Кранна, — затем он добавил: — Не думай, что у тебя есть хоть какой-то шанс спастись с помощью этого механизма. Тебе не разрешат им управлять — в первый раз мы сделаем это под твоим руководством.

Прошло несколько часов. На поверхности Кранна, в четверти мили над нами, должен был настать полдень. Огромный квадратный механизм был завершён, и эти сверхнаучные существа закончили его в невероятно короткие сроки. Блоки, вырабатывающие энергию, были установлены в указанных мной точках.

Теперь, с бешено бьющимся сердцем, я сказал:

— Есть ещё одна связь, которую ещё предстоит установить — провести провод между этими двумя точками.

Соединение, установленное между этими двумя точками, было бы равносильно щелчку выключателя механизма. И по моему указанию он был установлен таким образом, что исходящая от него потрясающая сила излучения устремилась бы вверх и вывела бы весь свод пещеры за пределы обычного пространства!

Подполз Обитатель Тьмы и начал закреплять провод, как я велел. Но лидер Обитателей, чьи огромные глаза внимательно осматривали механизм, внезапно прошипел:

— Это какой-то обман! Не делай этого!

Прежде чем он успел закончить свою фразу, связь была установлена. И в тот же миг, когда беззвучные, ужасные силы, исходящие от этого механизма, устремились вверх, весь каменный свод пещеры исчез, мгновенно оказавшись за пределами обычного пространства!

Пещера, утратившая крышу, была теперь открыта небу. А наверху сияло багровое солнце, заливая внезапным ослепительным потоком света и тепла эти тёмные пространства, которые никогда раньше не знали света.

Обитатели Тьмы дико зашипели от ужаса, когда в них ударил ослепительный солнечный свет. Они попытались спрятаться от него, чтобы укрыться в темноте, но не смогли. Почти мгновенно их белые червеобразные тела почернели. Они умирали, сражённые солнечным светом, который был губителен для их жившей во тьме расы.

Да, безумная ставка, которую я поставил, сыграла, и вся раса Обитателей, собравшаяся здесь ради своих человеческих жертв, была мертва, и больше никогда не будет отравлять этот мир ужасом.

Гор Ом, двое его охранников и Лура стояли, оцепенев от изумления, в потоке багрового солнечного света. Я выхватил меч у ближайшего из двух стражников. Прежде чем я успел им воспользоваться, он и второй стражник, визжа от ужаса, бросились прочь, пробираясь сквозь нагромождения механизмов и груды мёртвых почерневших червеобразных тел.

Но у Гор Ома хватило смелости обнажить меч. Пока Лура ошеломлённо наблюдала за происходящим, клинки столкнулись друг с другом. Слабый, едва держащийся на ногах, я всё же теснил этого жирдяя всё дальше и дальше, пока последним яростным выпадом не пронзил его толстое горло.

Затем Лура, рыдая, подбежала ко мне:

— Кхал Эрик, смотри!

Она указала вверх. Люди верхом на рорах, боязливо и осторожно, в солнечном свете спускались в огромную, недавно потерявшую свою крышу пещеру.

Их крылатые скакуны-рептилии приземлились рядом, и один человек с криком подбежал к нам. Это был гигант Херк Элл.

Он закричал:

— Кхал Эрик, ты всё ещё жив! Мы думали, что вы ушли навсегда, но несколько минут назад увидели, как неподалёку от Зинзибы внезапно открылось огромное пространство, и пришли посмотреть, что там. Гор…

— Гор Ом мёртв, — сказал я слабым голосом, — и Обитатели Тьмы тоже мертвы, они ушли навсегда.

Они донесли меня до одного из роров, и я взобрался на него, крепко прижимая к себе Луру. Взмахнув крыльями, мы взмыли на своих скакунах прочь из этого проклятого места, к благословенному воздуху и солнечному свету, сиявшему над огромным кратером, который теперь зиял в красных джунглях.

Мы полетели прямо к башням Зинзибы. И когда мы, пролетая среди городских шпилей, приближались ко дворцу Кхала Кранна — моему дворцу — толпа, увидев и узнав меня, разразилась дикими крикам:

— Искупитель! Искупитель!

И когда я летел вниз, чтобы получить своё по праву, в моих объятиях было мягкое и тёплое тело Луры.


© Перевод: Андрей Березуцкий (Stirliz77)